Аппарат суда давно деградировал

После новости о сокращении финансирования СК Москвы почти вдвое, о чем писал телеграм-канал Караульный компромата, в комитете начали активно обсуждать «а что теперь делать» и «как дальше работать».

Тем временем https://compromat-group.com  публикует новогоднее откровение следователя, который решил честно и открыто по полочкам разложить все то, что, на его взгляд, происходит сейчас в СКР. По понятным причинам рассказ будет анонимным.



«Когда я шел в следственный комитет, у меня уже не было какого-то «романтичного» представления об этом ведомстве (несколько лет ходил общественником, пока учился в универе), прекрасно понимал, что существуют свои заморочки, и легко не будет. Регулярно изменяются показатели статистики, добавляются новые критерии. Также, все бредовее становятся идеи по организации процессуальных проверок, особенно когда вопрос касается несовершеннолетних и пенсионеров.

Следователь от работы может получать только моральное удовлетворение

В настоящее время следователь от работы может получать только моральное удовлетворение, личный какой-то «кайф», но к сожалению, финансовая составляющая работы оставляет желать лучшего. Давайте смотреть правде в глаза, средняя з/п следака в СК (не в ЦА) 55000 рублей, для регионов это, конечно, весомая сумма, гораздо выше средней, но для Москвы, где в среднем з/п составляет 100000 рублей, наша з/п оставляет желать лучшего. Глядя на своих коллег, становится их жалко- имеют множество кредитов, еле-еле сводят концы с концами, живут практически на работе, у многих имеется ипотека, которая отнимает всю зарплату.

Нагрузка

В Москве огромная нагрузка на следователей. В среднем у следователя по 8-12 уголовных дел в производстве, из которых минимум половина со стражниками. При этом, хоть МВД, хоть ФСИН, прямо противодействую следствию, каждое из этих ведомств считает себя «великими» и считают, что СК, и следствие в целом, должны работать на них. Так, например, для всех, кто «в теме», очевидно, что в СИЗО г. Москвы просто нереально попасть, так как электронные очереди забиты на 3-4 недели вперед, и следователям, чтобы попасть в СИЗО нужно стоять по 8 часов в очереди ради часа общения с обвиняемым, то есть получается так, что поход в СИЗО равен минус одному рабочему дню. При попытке вывезти обвиняемого в ИВС сразу же возникают проблемы: не согласовывает руководство МВД, нет конвоиров, нет машин и прочие проблемы. Данные обстоятельства прямо мешают работе, и заставляют тратить время (которого всегда не хватает) на разрешение искусственно созданных проблем.

Лишь 10% рабочего времени следователь расследует преступления

Значительное количество уголовных дел, расследуемых следователями в г. Москве, стоит на контроле. То есть, по ним каждую неделю нужно делать справку о проведенных следственных действиях и составлять планы, на каждую справку нужна еще справа, каждому контролирующему нужна своя редакция справки, таким образом, значимая часть времени уходит на составление бесполезных справок на справки ради справок. Плюс, никто не отменял продления сроков следствия и сроков стражи, на подготовку документов для которых тоже уходит немало времени, копирование материалов и т.д. Продления сроков следствия тоже превращается в ад, на каждое продление готовится комплект документов из разных справок, планов, указаний и прочих документов, которые никто никогда читать не будет. Подводя итоги, можно сказать, что у следователя остается максимум 10% времени, чтобы заняться расследованием уголовных дел, все остальное время уходит на составление справок ради справок, отписки контролей, и составление кучи никому не нужной макулатуры. Бывают дела, где молодому следователю трудно разобраться, или история запутанная и нужен совет опытного профессионала, но и с этим беда, многие профессионалы, видя происходящее, просто уходят из профессии.



Игорь Краснов

Следователи-криминалисты, которые должны помогать -  по факту делают это крайне редко, а точнее делают что-то, только когда их пнет их руководство, в рабочем порядке ждать какой-то помощи от криминалистов не приходится. Уход Краснова И.В. на пост генерального прокурора подорвал обстановку внутри СК, так как многими Краснов И.В. воспринимался, как человек, который знает работу следователя изнутри, понимает все проблемы, стоящие перед следствием, а также, немаловажно и то, что за своих следователей он стоял горой.

Чтобы ублажить высшее руководство СК, вместо реальной борьбы с преступностью мы занимаемся «благотворительностью»

Отдельное внимание стоит уделить проведению процессуальных проверок. К сожалению, слишком часто поступают указания высших руководителей о проведении проверок по составам, подследственным следователям и дознавателям МВД, а все из-за того, что потенциальными потерпевшими выступают несовершеннолетние или пенсионеры, а это, как всем известно, любимая категория граждан «Главного». Ради того, чтобы ублажить «высших руководителей, вместо реальной борьбы с преступностью, мы занимается «благотворительностью». Удручает при проведении проверок и то, что проводится слишком много формальных проверок, бесперспективность и абсурдность которых понимают все, но никто из руководства не может взять на себя ответственность и сказать «нет». Особенно это касается проверок, связанных с несовершеннолетними. Логика сейчас простая: дети подрались в школе - срочно проводить проверку по халатности в отношении директора школы; пьяный взрослый задел несовершеннолетнего – быстро регистрируем покушение на убийство, и таких абсурдных проверок, к сожалению, сотни.

Одно из «любимых» занятий именно следователей - это ездить в детские дома, дома престарелых, чтобы поздравить сирот и пенсионеров. Все бы ничего, но этим вместо сотрудников управления СМИ или морально-воспитательной работы занимаются «живые» следователи, как правило с земли, которые и так по уши в делах, лавируют между продлениями, расследованием дел и составлением справок для справок, еще должны заниматься и этими аспектами.

Аппарат суда давно деградировал

Отдельный аспект работы - это, скажем так, «сопровождение уголовного дела в суде». К сожалению, аппарат суда так деградировал, что помощники судей не могут открыть последние листы в обвинительном заключении, где находится список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, и вызвать свидетеля. Вся работа по организации явки свидетелей в суд лежит на следователе, хотя по УПК работа следователя по делу заканчивается, когда уголовное дело направляется прокурору, но, по факту, это не так. Логика суда простая - «не обеспечите явку свидетеля в суд - вернем дела для дополнительного расследования». Так как никто не хочет ссорится с судом, следователя, получается,  просто вынуждают выполнять еще работу за суд и прокурора.

Страшно от того, что будет с СК дальше

Хочется сказать и по подготовке «будущих кадров» в Академии СК. Уровень знаний и умений «студентов» близок к нулю. По идее, они должны ходить общественными помощниками в территориальные подразделения СК, но по факту, ходят единицы. Не ходят, как правило потому, что «у меня папа генерал», «у меня папа генерал», «у меня мама прокурор», «судья» и т.д. и т.п., либо не ходят те, кому просто это не интересно, а в Академии СК учатся, так как не поступили больше никуда, либо отправили родители. Вообще, смотря на нынешних выпускников Академии, становится страшно от того, что будет с СК дальше.

Чтобы получить форму,  нужно пройти через все круги ада

Касательного обеспечения формой, оргтехникой и бумагой. Чтобы получить форму,  нужно пройти через все круги ада, а получить форму по размеру- это просто нереально. В лучшем случае, тебе выдадут форму на 2 размера больше. Приходится подбивать форму под себя в ателье, а это не дешевое удовольствие. Что касается обеспечения следователей компьютерами, принтерами, картриджами и бумагой, тут ситуация не лучше. В лучшем случае, в отделе есть один современный служебный компьютер и один служебный принтер (рабочий). В больше отделов техники нет.

95% следователей покупаю компьютер и принтер себе самостоятельно, так как работать на чем-то надо. Служебные компьютеры середины 2000-х если и включаются, то работать на их невозможно. Получить в новую технику в МТО невозможно, всегда отвечают, что ее нет. Картриджи следователи также покупают самостоятельно за свои деньги, естественно ни о какой компенсации речи идти не может.

Какое будущее может быть у СК в таком виде, судите сами.